Найджел Ройбак: Монако-1972 глазами редактора Autosport

Найджел Ройбак: Монако-1972 глазами редактора Autosport «Дорогой Найджел, мне очень нравится ваш взгляд, особенно историческая перспектива, которую вы рисуете тем, кто не мог следить за Гран-при на протяжении такого же времени! Недавно вы писали о великих гонках великих гонщиков, а что касается пилотов не столь одаренных?» Стивен Шабен.

Интересный вопрос, и первая гонка, которая приходит на ум, это Гран-при Монако 1972-го года.

Погода в Монте-Карло в этом году была ужасной. В единственной квалификационной сессии быстрейшим был Эмерсон Фиттипальди на Lotus, за которым расположились две Ferrari Джеки Икса и Клея Регаццони, и Жан-Пьер Белтуаз на BRM вслед за ними.

В субботу шел дождь, и в этих условиях Икс, который всегда блистал на мокрой трассе, был быстрейшим, а Белтуаз, на четыре секунды медленнее, не выдавал никаких признаков того, что должно было произойти. В воскресенье погода испортилась еще больше. Одно дело дождь, но к нему примешивался холодный ветер, дувший со стороны океана. (Откуда в оригинале материала взялся океан, мы не совсем поняли, Монако, как известно, находится на Средиземном море. Возможно, имелось в виду именно оно. — прим. Montoya.Ru)

Белтуаз и Регаццони были на второй линии, но оба прошли Фиттипальди и Икса до Сен-Девот, и на подъеме к площади Казино болид BRM оказался на первом месте. «На старте было крайне важно оказаться впереди, поскольку лишь лидер мог хоть что-то разглядеть», – сказал потом Жан-Пьер.

После пяти кругов Белтуаз был на пять секунд впереди Регаццони, который удерживал Фиттипальди и Икса, но на пятом круге Клей в шикане выехал не на ту дорогу, и Эмерсон, который видел немногим больше заднего фонаря Ferrari, последовал за ним. Теперь Икс шел вторым, и все ждали, что он может быстро догнать Белтуаза.

Однако отрыв изменился в противоположную сторону. Сначала Икс отыграл секунду или две, но затем Белтуаз снова начал отрываться. И там, где можно было ожидать от более агрессивного чем Белтуаз пилота сокращения отрыва – при проходе круговых – он в этот день оказался бессилен.

Насквозь промокнув, стуча зубами от холода, я трясущимися руками держал лэп-чарты, убеждаясь в неизменном лидировании BRM и в самонадеянных атаках Икса на завершающей стадии. Заметьте, тогда не было речи о том, чтобы закончить гонку раньше, не было правила двух часов, после которых гонка автоматически завершается. Нет, было 80 кругов, и неважно, сколько времени это займет.

В итоге, после двух с половиной часов, на средней скорости около 100 км/ч, Белтуаз увидел клетчатый флаг, в 38-ми секундах впереди Икса, единственного пилота, которого BRM не обогнал на круг. Фиттипальди был третьим, после которого в двух кругах позади были Джеки Стюарт, сильно недооцененный Брайан Редмэн (временно заменивший Питера Ревсона в McLaren), и Крис Эйвон, который финишировал шестым несмотря на четыре пит-стопа из-за запотевавшего стекла.

Это был единственный день в его семилетней карьере в Формуле-1, когда посредственный Белтуаз выдал выдающийся пилотаж, сравнимый с лучшими победами на мокрой трассе. Он едва не вылетел в Портье, но удержал машину, но что делало его пилотаж еще более примечательным, Жан-Пьер упрямо не ехал спокойно в ходе всей гонки. Он обгонял направо и налево, перепрыгивал бордюры, тротуар, как будто двигаясь по радару. Это было филигранное вождение, и даже если он никогда и не повторил, это был великий день для пилота Гран-при.